rfi

Сейчас вы слушаете
  • Прямой эфир
  • Веб-радио
  • Последний выпуск новостей

США Война Сирия Россия

Опубликовано • Отредактировано

«Нести ответственность будет Россия»: эксперт о выводе войск США из Сирии

media
Президент США Дональд Трамп ранее уже говорил о возможном выводе войск из Сирии Reuters

Президент США Дональд Трамп в среду, 19 декабря, объявил в своем твиттере о полном выводе войск из Сирии. По словам американского лидера, США освободили все территории, которые удерживала группировка «Исламское государство». Решение Трампа вызвало критику в Пентагоне и привело к отставке министра обороны США Джеймса Мэттиса. Какие цели преследовал Трамп в Сирии на самом деле, как решение президента повлияло на обстановку в стране и действительно ли, как написали американские СМИ, вывод войск можно считать рождественским подарком Владимиру Путину? Об этом мы поговорили с военным экспертом и журналистом Александром Гольцем.


RFI: Вывод войск из Сирии стал неожиданным шагом? Дональд Трамп ведь и раньше говорил о том, что Соединенные Штаты могут объявить об этом, но даже его сторонники отнеслись к этому неоднозначно?

Александр Гольц: Нет, я думаю, это что-то новое. К словам Трампа, а особенно к тому, что он пишет в твиттере, другие игроки выработали, скажем, ироничное отношение. Это такая форма, которая может что-то значить, а может не значить ничего. Равно как и его многочисленные обязательства.

Мы хорошо понимаем, что он пошел вопреки мнению, скажем, Пентагона. Еще совсем недавно Джеймс Мэтисс говорил, что ни о каком выводе войск и речи быть не может. Это и послужило причиной отставки этого человека с поста министра обороны.

Я думаю, что решение Трампа было неожиданным даже для его ближайших сотрудников, каковым и был Джеймс Мэттис. Ну и, конечно, неожиданным для всех внешних участников процесса.

Если такого решения не ждали даже в Пентагоне, то насколько вывод войск вообще возможен? Ведь любая масштабная операция требует значительной подготовки?

Надо иметь в виду, что мы имеем дело не с очень большим контингентом. Речь идет о двух тысячах военнослужащих. Конечно, это должно планироваться и, по видимому, планировалось. Как сообщило российское министерство обороны, его американские коллеги проинформировали за несколько дней до объявления Трампом своих намерений.

Две тысячи — не 200 тысяч. Уж очень подробных логистических планов в этом случае делать нет смысла.

С чем может быть связано такое решение Трампа?

В политике Дональда Трампа все больше проявляется такая школа мысли, — если относительно него можно употреблять такой термин, — как изоляционизм. Этим летом я наблюдал весь трепет и шок, который был связан с пребыванием господина Трампа на саммите НАТО. Трампом предлагалась принципиально иная концепция отношений.

«Безопасность — это товар, и вы должны за него платить», — вот что говорил своим коллегам Дональд Трамп. Все американские президенты, начиная с Трумэна, считали для себя необходимым и обязательным обеспечивать безопасность в Европе, а Трамп легко от этого отказывается. Точно так же он отказывается поддерживать безопасность наличием контингентов войск где-то далеко за морями.

После Вьетнама были сформулированы так называемые принципы Колина Пауэлла относительно того, как правильно применять вооруженную силу. Это были выводы из вьетнамской катастрофы. В частности, там говорилось, что перед вооруженными силами нельзя ставить политическую задачу, только военную — победить врага на поле боя. После достижения этой победы войска должны быть немедленно выведены. С конца 80-х в силу того, что развалился Советский Союз и не осталось серьезных противников, США стали от этих принципов уходить. В результате Америка оказалась вовлечена в несколько ненужных войн, выиграть которые невозможно: Ирак, Афганистан, Сирия. Взбалмошный или не взбалмошный, Трамп, видимо, своим инстинктом понял, что пора заканчивать эти войны.

Москве это выгодно? Ведь этот вывод войск называли даже «рождественским подарком» Владимиру Путину?

Я глубоко убежден, что Россия оказалась в Сирии только благодаря тому, что годом ранее там оказались США. Никакого отношения к борьбе с терроризмом российская операция не имела. Это была попытка выйти из изоляции, вызванной украинским кризисом. «Вы не хотите с нами разговаривать? Мы заставим вас с нами разговаривать, разместив свои самолеты там же, где и ваши. Вы будете обречены договариваться с нами о правилах, которые не будут вредить друг другу».

Конечно, теперь можно сказать, что Трамп оставляет Сирию России. С таким же успехом можно сказать, что Трамп перекладывает всю ответственность на Россию. Он не оставил там милую европейскую страну — речь идет о государстве, где семь лет идет гражданская война.

Но ведь теперь там нет американского присутствия? Не получается ли, что для Кремля это все равно является огромным плюсом? В МИДе же эту новость восприняли позитивно?

В МИДе воевать не будут на земле. Вот сейчас начнется операция турков против курдов, и за все, что произойдет там, косвенно будет нести ответственность Россия.

Гражданская война не закончилась. Победа над ИГИЛ не одержана. Это значит, что война будет длиться бесконечно. Россия будет до бесконечности там барахтаться — тратить ресурсы, терять людей. Если кто-то считает, что это добавляет нашей стране величия… Грезящие о величии через силу люди, как правило, не посылают своих детей воевать.

Я считаю, что принято верное решение, которое освободит Соединенные Штаты от тяжелой бессмысленной ноши. В это время Россия с удовольствием на себя эту ношу берет.

Потому что выбора не остается?

Потому что Россия отягчена комплексом величия, помноженным на комплекс неполноценности. Мы все время доказываем, что мы встаем с колен, что мы снова великая держава. В жертву этим комплексам и будут принесены существенные ресурсы страны.

В России это решение США воспринимают как победу в геополитической игре, как доказательство того, что можно поднимать ставки.

А можно ли сказать, что США добились своей изначальной цели в Сирии?

Это операция была принята от безысходности, когда стало очевидно, что ИГИЛ, действуя из Ирака, захватывает все большие территории и ничего сделать нельзя. Уже было понятно, что в Сирии американцам не на кого опереться. Был известен доклад председателя комитета начальников штабов, который с печалью констатировал, что среди сирийской оппозиции нет никого, кто разделял бы американские ценности.