rfi

Сейчас вы слушаете
  • Прямой эфир
  • Веб-радио
  • Последний выпуск новостей

Россия Футбол ЧМ-2018 Чемпионат мира по футболу

Опубликовано • Отредактировано

Мы тут люди второго сорта: блогер Игорь Кондратьев о Мундиале в Самаре

media
Самара-Арена ©Mladen ANTONOV/AFP

Самара стала одним из одиннадцати городов России, принимающих матчи Чемпионата мира по футболу-2018. Специальный корреспондент RFI Сергей Дмитриев встретился с Игорем Кондратьевым, автором интернет-журнала «Город на реке», рассказывающего о повседневной жизни Самары и об истории города, чтобы узнать, как местные жители относятся мировому футбольному первенству, преобразился ли благодаря чемпионату город и почему Самара всегда претендовала на статус столицы.


Игорь Кондратьев: Есть одна специфика: когда мы смотрим на Поволжье и на российскую глубинку, то вот в национальных автономиях, скажем, в Мордовии, Татарии, Удмуртии, местные национальные элиты по-серьезному вкладываются в развитие своих регионов, делают некие «выставки» своих регионов. Тоже самое у Кадырова в Чечне. Это такой представительский образ. А в городах как Самара у нас не сложилось элиты, которая вкладывает душу в свой регион, по месту жительства, по месту рождения. Она у нас очень космополитична, не привязана, легко меняет место проживания. У нас есть олигархи, которые строят памятники в Берлине, но в Самаре у них таких проектов нет.

Блогер Игорь Кондратьев о Мундиале в Самаре 03/07/2018 - Сергей Дмитриев Слушать

А что касается в общем того образа, который существует, то Самару пытаются делать столицей. Она была столицей так называемой Российской федеративной демократической республики в 1918 году. Она была запасной столицей в 1941–1942 годах, когда сюда была эвакуирована часть посольств, правительственных учреждений. Она была некоторое время космической столицей. Самара пытается «подверстываться» под столицу. Это было еще и в 1990-е годы, когда вся Россия загибалась, а у нас работал ВАЗ, который давал очень серьезные поступления в бюджет (в то время еще не было импортных машин), здесь дополнительные деньги доплачивали пенсионерам к основной пенсии. Были скандалы между Самарой и Москвой по поводу того, что местный губернатор давал региональную надбавку.

Сейчас этого нет. Это город, стремительно деиндустриализировавшийся в начале нулевых годов, а нового вектора развития города я не вижу. Обывателям пытаются рассказывать о некой туристической Мекке, но пока это все на уровне разговоров, а реальных действий, в том числе по отношению к иностранному бизнесу, который работает в Самаре, я пока не вижу, скорее наоборот.

На улицах Самары REUTERS/Michael Dalder

RFI: Так может быть как раз чемпионат станет таким стимулом к развитию? Инвестиции в инфраструктуру, в какую-то туристическую привлекательность…

Да, план Путина, по-моему, и был в том, чтобы поднять, обновить инфраструктуру, чтобы приехали иностранцы, посмотрели. Но по отношению к соседним республикам, к соседним городам, той же Казани или Йошкар-Оле Самара проигрывает. Проигрывает в силу того, что местные элиты не вкладывают душу в Самару.

Если говорить про эти инвестиции к чемпионату, насколько они, на ваш взгляд, оправданы? Что, помимо стадиона, было сделано?

Это, прежде всего, дорожная инфраструктура. О таких центральных магистралях, которые появились, мечтало несколько поколений горожан. Но это все-таки, прежде всего, касается «гостевых маршрутов». Есть «гостевой маршрут», возле него дом с трех сторон обновлен, а там, где находятся жилые подъезды, все осталось как было. Ничего не произошло, не покрасили, не обновили.

Вы писали про проблему мусора. В городе поставили баки для раздельного сбора мусора. А куда этот раздельно собранный мусор пойдет потом?

В районе Новокуйбышевска есть завод, который работает с гранулированным пластиком, то есть бутылки пластиковые еще можно каким-то образом утилизировать. По остальным видам мусора — да, действительно, это все чисто для того, чтобы отчитаться, что сделано. Что касается пластика, для которого стоят отдельные контейнеры, — его вообще не вывозят месяцами. Его люди сбрасывают, он накапливается, но не вывозится.

На улицах Самары REUTERS/David Gray

Что касается экологии, помимо мусора, — это еще и загрязнение рек. У нас три крупнейшие реки. Город, он как бы находится на полуострове: с одной стороны — река Сок, с другой — Волга, крупнейшая, и с третьей стороны — река Самарка. Самарка исторически находилась в промышленной зоне, и туда сбрасывали отходы с предприятий. Но сейчас большинство этих предприятий или работают в полсилы, или закрыты. Но, тем не менее, мусорные потоки не прекращаются. А потом эта рыба поступает на стол горожанам. Может быть, даже туристы с ней познакомятся.

Или вот здесь, мы сейчас находимся на улице Осипенко, в двух кварталах — бывший гигант, оборонный промышленный завод имени Масленникова. Он был построен еще при Николае Втором. Тогда назывался Казенный трубочный завод, и выпускали на нем военное оборудование. В начале нулевых завод был доведен до банкротства, часть оборудования была вывезена в другие города, завод разрушен. И сейчас — это зона экологического бедствия. Никакой рекультивации там не происходит. И тем не менее на этой территории в разных частях застройщики начинают строить жилье, которое они позиционируют как элитное, потому что это находится в шаговой доступности от Волги, вид на Жигули (Жигулевские горы на берегу Волги — RFI). Но изначально речь шла о том, чтобы выкупить эту площадку под стадион, он получился бы в центре города. Но владельцы посчитали для себя это невыгодным.

То есть, если резюмировать, то, с точки зрения экологии, к чемпионату никакого прогресса достигнуто не было?

Нет, я так думаю, что какие-то программы официально были приняты. Под них было выделено финансирование. Если вы столкнетесь с чиновниками, я думаю, вам что-то покажут.

Другой важный аспект чемпионата — это меры безопасности. Как, с точки зрения местных жителей, это переживается? Насколько все это мешает или, наоборот, стало больше порядка?

У нашей семьи одна из квартир находится на центральной улице, улице Куйбышева. Сейчас мы там не живем, потому что заехать на нее нельзя. Там сделана пешеходная зона. Жене проблематично в дни матчей добираться до работы, поскольку она тоже работает в центральном квартале. Конечно, считаем, что в такой степени, как было сделано, город перекрывать не следовало. Это чрезмерно, хотя меры безопасности были нужны. Но у некоторых людей на этом бзик. Доходит до абсурда: вдоль железной дороги (как ехать с аэропорта Курумоч в Самару) есть места, где находятся частично брошенные взломанные гаражи. Но железнодорожники всю фасадную часть, выходящую на железную дорогу, покрасили синей краской. Причем видно, что гараж взломан, там дыры, но все покрашено. Наверное, это тоже должно убеждать в безопасности приезжающих в город людей.

Капитаны сборных Италии и Франции Марко Матерации и Зинедин Зидан, нарисованные на стене завода в промышленном пригороде Самары. 30 июня 2018 г. Fabrice COFFRINI / AFP

Если говорить об экономическом эффекте для местных жителей, кто-то может быть решил продавать какие-то местные сувениры или сдавать жилье, или какой-то другой экономический эффект от чемпионата?

Местные дачники, которые выращивают продукцию на продажу (чистый экологический продукт!), просили узнать, какие меры будут приняты против дачников. Разрешат им продавать свою продукцию или нет. Я эти вопросы переадресовывал тогдашнему нашему руководителю УВД генералу Солодовникову, но на мой прямой вопрос он так и не ответил. То есть они сами не знали, разрешат эту уличную торговлю или нет. Но те люди, которые выращивают, скажем, клубничку, помидоры, огурцы, все они, среди моих знакомых, выращивать, чтобы продавать, не стали. Потому что меры безопасности, как все предполагали, будут чрезвычайными и чрезмерными, они не способствуют такому уличному бизнесу.

Что касается сувенирки: в городе еще остались небольшие клубы детского творчества, в которых работают специалисты по народному прикладному искусству, они делают классную сувенирную продукцию, это «хендмейд», а не китайская какая-то сувенирка, дети делают. Так вот чтобы этому клубу попасть в реестр тех, кому разрешат заниматься какой-то коммерческой деятельностью, мне пришлось обращаться к помощи знакомых из Общественной палаты Самарской области.

А кто же тогда заработал на этом чемпионате?

В первую очередь, заработали строители, та фирма, которая строила стадион. Субподрядчики заработали. Дорожники заработали. Чиновники заработали. Но уйдут инвестиции, которые были связаны с Чемпионатом мира, и город вообще останется в глубокой-глубокой яме. Потому что даже на фоне подготовки к чемпионату у нас сокращалось промышленное производство по отношению к 2017 году. Если брать, скажем, май, то падение было 1,1% — сокращение объема промышленного производства, притом что часть самарской промышленности была задействована [в подготовке к чемпионату], выпускала какие-то строительные конструкции, комплектующие. Что-то было, что давало заказ.

Строительство стадиона "Самара-Арена" REUTERS/David Mdzinarishvili

Как раз это был мой следующий вопрос: что останется после чемпионата? Сможет ли Самара и дальше привлекать каких-то туристов? Будет ли это как-то оправдано в долгосрочной перспективе?

Я так скажу: можно делать ставку на туристов. Это хорошо. Но инженеры, рабочие, руководители — если бы регион смог привлекать бы таких людей, это бы дорогого стоило. По моему мнению, психологию и вектор развития Китая изменили не туристы с Запада, а изменили те промышленные гиганты, которые открывали производство, создавали свою культуру труда, трудовых отношений, межчеловеческих отношений и преобразовывали Поднебесную. А туристы приехали, посмотрели и уехали. Что здесь можно создать? Секс-туризм? У нас этот бизнес пока запрещен.

Если сравнивать с Францией, где два года назад тоже был Чемпионат Европы по футболу, и российские болельщики были удивлены и расстроены, что ими никто не интересуется и город совершенно не живет футболом. А в России, напротив, французы поражены, насколько тут все вертится вокруг футбола. На ваш взгляд, откуда в России такое внимание и любовь к чемпионату?

Я был на Парижском марафоне: приехали люди со всего мира, пробежали…, но я не видел там ни мэра, ни президента. Единственное, в чем не соглашусь — это внимание парижан. Просто было видно чувство какой-то солидарности. Я это почувствовал. И это не показное. Люди симпатизируют явно, открыто. Мне тогда это очень понравилось.

То, что происходит в Самаре, — это навязывается сверху. Ощущение такое, что для власть предержащих население своей страны — это люди второго сорта. Понятно, что прежде всего хотят извлечь пропагандистский эффект. Произошло ведь что: одновременно с Мундиалем объявлено об этой людоедской пенсионной реформе. Пытаются повестку дня перебить.

Ну, а если на бытовом уровне говорить, то для какой-то части тех же девушек самарских зацепиться за какого-то иностранца и попытаться уехать отсюда — это тоже шанс. Слава богу, есть переводчики на коммуникаторах. Так что это все нормально!

Россиийские болельщики во время матча сборных России и Испании. 1 июля 2018 г. REUTERS