rfi

Сейчас вы слушаете
  • Прямой эфир
  • Веб-радио
  • Последний выпуск новостей

Сирия Война Владимир Путин ИГ Политика Выборы

Опубликовано • Отредактировано

Александр Гольц о выводе войск из Сирии: Войну решили считать оконченной

media
Владимир Путин прилетел в Сирию и приказал начать вывод значительной части российского военного контингента, 11 декабря 2017 г. Mikhail Klimentyev/Sputnik via REUTERS

Президент России Владимир Путин в третий раз с начала военной операции в Сирии заявил о сокращении численности там российских войск. Неожиданно прилетев на авиабазу Хмеймим, Путин в понедельник, 11 декабря, объявил о «разгроме» группировки ИГ и начале вывода из страны «значительной части» российского контингента. Военный эксперт Александр Гольц в интервью RFI объяснил с чем, на его взгляд, связано это заявление президента России и в какой степени в Сирии сохранится российское военное присутствие.


Александр Гольц о выводе войск из Сирии: Войну решили считать оконченной 11/12/2017 - RFI Слушать

RFI: Владимир Путин уже не в первый раз объявляет о выводе войск из Сирии. В марте 2016 году уже их вроде как выводили. С чем вы связываете это его заявление, сделанное в Сирии? Почему именно сейчас?

Александр Гольц: Совершенно очевидно, что все это связано с политической ситуацией в России. Как в известном анекдоте: войну в Сирии нельзя закончить, ее можно только прекратить. В ручном режиме в тот момент, когда руководство страны хочет, оно может объявлять о завершении военных действий. Поскольку сейчас никаких очевидных успехов в российской внешней политике не наблюдается, а — наоборот — наблюдаются очевидные провалы и изоляция России на международной арене, нужно срочно представить населению какую-то маленькую победоносную войну и победу в этой маленькой победоносной войне.

Путин хочет создать себе некий образ миротворца перед выборами?

Путин хочет создать себе образ человека, который вернул России статус великой державы, обеспечил ей возможность проекции силы даже на Ближний Восток и ведения там победоносных войн. Речь идет не про миротворчество. Речь идет про так нравящийся россиянам статус великой державы, которая в создании российских граждан прежде всего предполагает победоносную военную мощь.

Судя по всему, Россия не выводит всю группировку из Сирии. Там, видимо, останется авиация, ПВО, инженерные войска. Насколько это вообще можно считать выводом войск?

Это можно назвать выводом войск ровно настолько, насколько это все хочет представить выводом войск российское руководство. Российское военное присутствие довольно значительное сохраняется. По-видимому, будет выведена авиационная группировка, но останутся силы ПВО, останутся инженерные войска, военная полиция, останется спецназ, который проводит там какие-то секретные операции, о которых все упоминают, но не конкретно. Подозреваю, что останутся еще и те силы, которые опять-таки не называются, но действуют на земле на территории Сирии, которые и обеспечили победы последних нескольких месяцев.

Вчера президент Франции Эмманюэль Макрон объявил, что операция против группировки «Исламское государство» в Сирии продолжится до середины-конца февраля 2018 года. Таким образом он в определенной мере опроверг заявления российского Минобороны о полной победе над ИГ в Сирии.

Можно предположить, что ИГ утратило большую часть территорий. Это факт. Другие дело, что, лишившись этих территорий, оно вернуло себе то преимущество, которое имеют полувоенные партизанские формирования над регулярной армией. Оно не связано территорией и может нанести удар и уйти. Оно не обречено защищать некую территорию. Это обеспечивает стратегическую мобильность. Совершенно очевидно, что партизанская война в Сирии этим не заканчивается. То, что сказал Владимир Путин — это результат некоего волевого решения. Решили считать войну законченной. Точка. А все, что будет потом, это «действия террористов, которых укрывает международная коалиция».