rfi

Сейчас вы слушаете
  • Прямой эфир
  • Веб-радио
  • Последний выпуск новостей

Культура Обзор недели Россия

Опубликовано • Отредактировано

В каком городе на Неве Раскольников убил старушку?

media
«Министерство собирается составить список специальностей, в которых без преподавателя никак». Abhi Sharma/abee5 CC BY 2.0

Мы привыкли, что лето — мертвый сезон. Но это для тех, кто не понимает, а для тех, кто не спит, — самый живой. Потому что пока одни думают, что лето — это тихий час, другие активно этим пользуются и спокойно вершат свои дела, которые вряд ли с такой же легкостью свершат в другое время года. Вот, например, на подходе приказ министерства образования, который звучит на первый взгляд тяжеловесно — «Об утверждения порядка применения организациями, осуществляющими образовательную деятельность, дистанционных образовательных технологий», а на деле означает простую вещь: постепенный переход на электронное обучение. То есть без преподавателя. Проект приказа, ясное дело, предложили к обсуждению именно сейчас, летом, когда весь педагогический корпус в отпусках. С чего бы это, правда?


А ведь их, преподавателей, только допусти к обсуждению, только дай им волю — они не то что руку, они и голову руководству Минобра откусят. Люди они консервативные и одобрить приказ, предполагающий обучение без их участия, вряд ли захотят. Поэтому — только летом. А лучше просто поставить потом перед фактом — мол, спасибо, коллеги, дверь вон там, за пособием обращайтесь по месту прописки.

В каком городе на Неве Раскольников убил старушку 10/08/2017 - Екатерина Барабаш (Москва) Слушать

Нет-нет — преподаватели останутся. Но немного. И те, которые умеют себя вести. Министерство собирается составить список специальностей, в которых без преподавателя никак. Пусть хоть чуть-чуть, но живой человек должен быть. Но таких специальностей, где будет только «личное» обучение, министерство оставлять не собирается. Мол, XXI век на дворе, глаза в глаза — это уже вчерашний день, все на отработку научно-технического прогресса.

Да кто ж спорит — в век интернета уповать только на личный контакт с педагогом смешно. Виртуальное общение если и не вытесняет целиком личное, то во многих случаях становится его полноценной заменой, а порой — даже более удачной, учитывая арсенал средств, в первую очередь — технических. Да и не новая это инициатива, прямо скажем — по всему миру сейчас существуют курсы, которые можно пройти с помощью интернета, и получить диплом. В наше время настаивать лишь на «личном» образовании — все равно что в век космических кораблей продолжать передвигаться на телеге. И в государственных вузах уже пять лет как существует возможность обучаться частично дистанционно по некоторым дисциплинам. Это, разумеется, классно — ведь можно несколько раз прослушать лекцию, уяснить что-то, чего не понял сразу, какие-то куски выделить для себя и отдельно послушать еще и еще, потом связаться с преподавателем по мейлу. Так уже живет высшее образование во всем мире. И неплохо живет, надо заметить.

Но, как говорится, «у советских собственная гордость». Мы не можем мельчить, мы не хотим половинчатости. Нам или все, или ничего. В народе это называется «заставь дурака богу молиться — он и лоб расшибет», но, раз уж речь идет об образовании, мы назовем это, как полагается образованным людям, — «гипертрофированным перфекционизмом». Потому что для надежды, что наше министерство образования с умом распорядится новыми возможностями, нет никаких оснований.

При отношении наших «культурных» и «образовательных» руководителей к гуманитарным наукам справедливо заподозрить, что в первую очередь подвергнутся дистанционному обучению именно гуманитарные науки — как самые ненужные и далеко не самые важные науки. Хотя именно гуманитарные науки, как наиболее «рефлексирующие», и надо оставлять в очном обучении, потому что именно строго необходимо общение с преподавателем, возможность обсуждения вопросов и проблем. К тому же именно педагогов из гуманитарных сфер обычно первыми подгоняют под сокращение — это уже неоднократно замечено на практике.

Когда говорят «Благими намерениями дорога в ад вымощена», я думаю, имеют в виду неискренность благих намерений — как в случае с дистанционным образованием. Не секрет ведь, что образование, культура и здравоохранение у нас чем дальше — тем больше нищают, скукоживаются. «Денег нет, но вы держитесь» — и они держатся, как могут. В первую очередь — за счет сокращений кадров. Или, скажем, так называемое благоустройство Москвы — ведь если бы это творилось действительно для удобства людей, мы бы видели совсем другие результаты. Но для чего это творится — мы примерно представляем, и весь ужас этих псевдоблагих намерений нам еще предстоит почувствовать.

Представляете себе, как после вступления приказа в силу руководители вузов начнут соревноваться между собой, сокращая аудиторные занятия и гордясь собственной продвинутостью, а заодно — и сэкономленными средствами. Тех же, кто будет высказывать сомнения в пользе масштабных электронных инициатив, презрительно нарекут ретроградами. А я просто зримо представляю себе, как быстрой уйдет из студенческой жизни фигура преподавателя. Того самого, который умеет зажечь лекцией, насмешить, удивить, обрадоваться каверзному вопросу. Тут могут возразить — дескать, такие преподаватели что в вузах, что в школах перевелись. На это могу только ответить: еще не совсем перевелись, но при таком раскладе переведутся очень быстро.

Хотя министерство образования обещает этого не допустить. Недавно министр рассказал в интервью, что в школах вводится градация учителей — теперь будут просто учитель, старший учитель и ведущий учитель, а внутри категорий будут свои подкатегории. Как пояснила министр Васильева, «чтобы учителю было куда расти». Интересно представляют себе чиновники профессиональный рост учителя. Словом, кипит работа в Минобре, без устали трудятся его умы даже в жаркие летние месяцы, не боясь расплавиться.

Впрочем, вряд ли надо так уж сильно волноваться за студентов — они уже приходят в вузы травмированные единым государственным экзаменом. Способность юных людей мыслить и анализировать успешно нивелируется вопросами на экзаменах вроде «В каком городе на Неве Раскольников убил старушку?» Школьные сочинения упразднены за ненадобностью (хотя грозятся их вернуть в школьный экзамен). Меж тем только посмотрите — какие темы сочинений давали гимназистам в дореволюционной России! Вот для самых маленьких: «О том, что видела птичка в дальних землях». Или «Великаны и пигмеи лесного царства». Для ребят постарше: «Замирание нашего сада осенью», «Река в лунную ночь», «Встреча войска из похода». Для самых старших: «Слово как источник счастья», «О скоротечности жизни», «О непрочности счастья, основанного исключительно на материальном богатстве». Ну хватит, а то зарыдаю. У нас-то даже «Как я провел этим летом» отменили.

Примерно тогда же, когда на обсуждение вынесли проект приказа о дистанционном обучении, в Москве произошла маленькая, но не слишком заметная революция — впервые был вручен диплом кандидата наук по теологии. Министр культуры РФ Ольга Васильева в ответ на критику — мол, что это еще за новости, с каких пор у нас раздаются ученые степени по богословию, уверенно заявила, что теология как наука признана во всем мире. Надо как-нибудь спросить у нее, со многими ли докторами богословия она знакома и слышала ли она, что споры о том, является ли теология (она же — богословие) наукой, ведутся по сей день. Также, если уж ссылаться на западный опыт, неплохо бы знать, что сегодня богословие как дисциплина испытывает во всем мире определенный регресс. Во многих странах теологические факультеты переводятся в религиозные вузы, а там, где они еще сохранились, все большее количество людей рассматривают их как бесполезный балласт. Но мы-то только в области балета впереди планеты всей, да и то не факт.