rfi

Сейчас вы слушаете
  • Прямой эфир
  • Веб-радио
  • Последний выпуск новостей

Грузия Абхазия Южная Осетия Выборы

Опубликовано • Отредактировано

На грузинском политическом небосклоне взошла оперная звезда

media
Оперный певец Паата Бурчуладзе Wikipedia

Всемирно известный оперный певец Паата Бурчуладзе заявил о создании политической партии и участии в октябрьских парламентских выборах. По всем опросам, его движение «Государство для народа» уже опережает по рейтингу большинство политических партий Грузии, а сам певец пользуется наибольшим доверием. В Тбилиси считают, что популярность Пааты Бурчуладзе объясняется неспособностью политического класса страны решить фундаментальные проблемы, в том числе проблему Абхазии и Южной Осетии. На границах с бывшими автономиями ситуация резко обострилась на минувшей неделе, - сразу после начала масштабных военных учений с участием США и Великобритании.


Знаменитый оперный бас Паата Бурчуладзе, уже более тридцати лет выступающий в самых престижных оперных театрах мира, до сих пор был известен в Грузии ещё и как меценат. 15 лет назад Паата основал фонд «Колыбельная» и собирал деньги для бездомных многодетных семей. Он пользовался и до сих пор пользуется значительной поддержкой Грузинской православной церкви.

На минувшей неделе Бурчуладзе заявил, что намерен участвовать в предстоящих осенью парламентских выборах. С этой целью он основал новую политическую организацию – движение «Государство для народа». Собрав в свою команду экспертов и лидеров НКО, Бурчуладзе сообщил на брифинге, что прекращает творческую деятельность. Его нынешний приоритет – победа на парламентских выборах 8 октября.

То, что Паата Бурчуладзе хочет стать политиком, было ясно уже несколько месяцев назад, когда он всё чаще стал делать политические заявления, критикуя как правящую коалицию «Грузинская мечта» миллиардера Бидзины Иванишвили, так и оппозиционную партию экс-президента Михаила Саакашвили «Единое национальное движение».

Бурчуладзе говорил, что за последние десятилетия политики «растратили энтузиазм народа» и не смогли решить кардинальные проблемы, стоящие перед страной. Но настоящей сенсацией можно считать итоги последнего опроса общественного мнения, столь авторитетной организации, как Республиканский институт США. Оказалось, что Паата Бурчуладзе по уровню доверия опережает всех других политиков, а его партия вполне может стать ведущей политической силой в Грузии по итогам предстоящих выборов.

Чем объяснить то, что деятели, не имевшие прежде никакого отношения к политике (певцы, кинорежиссеры, бизнесмены и так далее) часто приходят в политику и нередко добиваются значительных успехов, тогда как рейтинг профессиональных политиков постоянно падает? Можно ли такую тенденцию считать кризисом политической системы, сформировавшейся в Грузии за последние 25 лет после провозглашения независимости? С этим вопросом RFI обратилось к известному политологу Георгию Нодия.

Георгий Нодия: Я бы не говорил о кризисе. Грузинская политическая система достаточно стабильна. Скорее всего, это незрелость. Действительно, очень часто, люди, не имеющие никакого отношения к политике, вдруг приходят в политику, причём надеясь сразу достичь значительного успеха. Можно провести параллель с приходом в политику основателя правящей коалиции «Грузинская мечта» миллиардера Бидзины Иванишвили. В 2011 году, когда он заявил о начале политической деятельности, Иванишвили не имел никакого политического опыта. Тем не менее, смог выиграть выборы и стать премьер-министром. Схожесть в том, что Паата Бурчуладзе тоже подчёркивает свой опыт в филантропии, благотворительности также, как Иванишвили. Считая этот опыт достаточным для того, чтобы править государством

RFI: А каковы системные предпосылки этого феномена?

Проблема в том, что в Грузии нет стабильной политической системы, а у людей сформировалось недоверие к политическому классу. Именно на этом недоверии играет Паата Бурчуладзе. Он говорит: политики все плохие, все 25 лет со времен независимости характеризовались конфронтацией – оппонентов считали врагами, а мы будем действовать по другому, мы будем другими, начнём с чистого листа и так далее. Причём какая-то часть общества, видимо, примет такого рода дискурс.

Согласно опросам авторитетных организаций, Паата Бурчуладзе пользуется большой популярностью. До того, как Бурчуладзе заявил о начале политической деятельности, около 60% опрошенных говорили, что пока не определились, за кого будут голосовать на предстоящих парламентских выборах. Сможет ли, на ваш взгляд, Паата Бурчуладзе заручиться поддержкой именно этой категории, то есть «неопределившихся избирателей»?

Бурчуладзе, без сомнения, надеется именно на это. Естественно, всех «неопределившихся» он не сможет привлечь на свою сторону. Если бы мог, то он бы просто победил всех с большим преимуществом: ведь избирателей, относящихся к данной категории – от 50 до 60%. Но какую-то часть он «перетянет» на свою сторону. Разумеется, рейтинг Бурчуладзе – это рейтинг надежды, то есть политический аванс. Но до выборов ещё достаточно много времени. Так что его рейтинг может как упасть, так и вырасти. Ведь только сейчас у избирателей появляется шанс узнать, что это за политический феномен, что это за политическая команда, что они конкретно собираются делать. И на этой основе, рейтинг может измениться в любую сторону.

Пойти «по грибы» и не вернуться

Одной из самых острых проблем, решить которую грузинский политический истеблишмент не смог за все годы независимости – это ситуация вокруг Абхазии и Южной Осетии. На минувшей неделе, когда в пригороде Тбилиси начались масштабные военные ученья грузинских, американских и британских подразделений с применением танков «Абрамс», ситуация резко обострилась в районах, граничащих с Южной Осетией, где после «Пятидневной войны» 2008 года дислоцированы российские войска и подразделения пограничных войск РФ.

В эти дни, российские пограничники и сотрудники КГБ Южной Осетии арестовали в Горийском и Сачхерском районах Грузии сразу 13 жителей приграничных грузинских сёл по обвинению в незаконном переходе границы. Родственники и близкие арестованных говорят, что на самом деле, члены их семей либо работали в саду, либо ушли в лес за хворостом, зеленью и грибами, либо посещали местное кладбище.

Арестованных перевели в изолятор столицы Южной Осетии - Цхинвали. Там они предстали перед судом. По административному кодексу республики Южная Осетия, «нарушителей» приговорили к штрафу и вскоре освободили, но многие наблюдатели в Тбилиси усмотрели в кампании по аресту жителей грузинских сёл предупреждение властям Грузии: по аналогичному обвинению в тюрьму могут угодить уже не десятки, а сотни грузин, живущих непосредственно на границе.
Во всяком случае, такие опасения в тбилисской прессе уже высказываются. Аресты по обвинению в нарушении государственной границы происходили и раньше, но лишь в последнее время они приобрели угрожающий масштаб. Политолог Петре Мамрадзе заявил в интервью RFI, что в нынешних условиях нет никакой возможности предотвратить подобные эксцессы.

Петре Мамрадзе: Практически это никак невозможно. Но с удовлетворением отмечу, что госминистр по примирению и гражданскому равноправию Паата Закареишвили сумел наладить хороший контакт с российскими и юго - осетинскими коллегами. Поэтому достаточно быстро этих людей отпускают. Их задерживают лишь в случае, когда они пересекают границу непризнанных республик. Причём, не зная об этом, потому что во многих местах это лесная территория – человек идёт, собирает грибы или хворост, но вдруг оказывается, что это уже территория Южной Осетии. Его тут же арестовывают. Это конечно очень неприятно. Есть ощущение, что на оккупированных территориях захватывают людей, которые всю жизнь там прожили, свободно передвигались и никто их не арестовывал, потому что никто и не думал о существовании там какой-то границы. Это трудно объяснить крестьянам, которые там жили и живут уже столько поколений. Но я всё-таки думаю, что происходящее не окажет серьезного влияния на ситуацию в Грузии. То, что арестованных быстро отпускают, свидетельствует о том, что особой озлобленности нет

RFI: Но ведь могут и не отпустить? Арестованных в любой момент могут обвинить не по административной, а уголовной статье «нарушение государственной границы», использовав эту ситуацию в качестве рычага давления?

Конечно, это рычаг давления. Это нужно всегда учитывать. Я постоянно критикую власти за то, что они не отменили контрпродуктивный закон «об оккупированных территориях», принятый в своё время по инициативе Михаила Саакашвили. А ведь когда этот закон принимался, наши европейские друзья, в частности еврокомиссар Бенита Фереро-Валднер, спецпредставитель ЕС по вопросам Южного Кавказа Питер Семнеби и многие другие нас предупреждали: «железная стена» этим законом возведена и со стороны Тбилиси, который как бы «изолирует» территории от Грузии. Таким образом, тут необходимо двигаться, чтобы покончить с подобной ситуацией.

Саакашвили хотел термин «оккупированные территории» приравнять к тому, что было во время великой отечественной войны – танки, гусеницы, кровь и так далее. Впрочем, в современном мире этот термин воспринимается уже совсем по-другому.

Но рычаг давления безусловно существует. Проблема налицо. Однако это не та проблема, которая может повлиять на общую атмосферу и внешнеполитический курс Грузии.

Грузинские власти, тем временем, ограничиваются дежурным обращением за помощью к международной общественности и мисси по мониторингу ЕС, введённой в зону конфликта согласно договорённостям «Саркози – Медведева».