rfi

Сейчас вы слушаете
  • Прямой эфир
  • Веб-радио
  • Последний выпуск новостей

Франция Вторая Мировая война История D-Day 75 лет

Опубликовано • Отредактировано

Высадка в Нормандии и первая «столица» свободной Франции — из архива RFI

media
Мемориал на британском воинском кладбище в Байё 6 июня 2019 REUTERS/Pascal Rossignol

6 июня во Франции отметили 75-летие высадки союзных войск. Государственные мероприятия прошли по всей Нормандии, где до сих пор бережно хранят память об операции «Оверлорд» и освобождении французской земли от нацистских войск. Байё был первым крупным городом Франции, который освободили союзники в июне 1944 года. Средневековый город сегодня продолжает хранить память о Второй мировой войне. Свидетельства очевидцев, историков и местных жителей, для которых 6 июня по-прежнему остается особым днем, — в архивном репортаже RFI, записанном в Байё к 65-й годовщине высадки союзников.


Высадка в Нормандии и первая «столица» свободной Франции — из архива RFI 08/06/2019 - Дмитрий Гусев Слушать

У нормандского города Байё в департаменте Кальвадос древняя история. Здесь все напоминает о Средних веках: узкие улочки, особняки XV века, готический собор Нотр-Дам и хранящийся тут знаменитый средневековый гобелен с картинами подвигов Вильгельма Завоевателя. Но как и по всей Нормандии, в эту древность здесь вплетается история прошлого века — история Второй мировой войны. На узких средневековых улицах — флаги союзников по антигитлеровской коалиции. На окраине города — британское воинское кладбище и большой мемориальный Музей Битвы за Нормандию 1944-го года. О месте и роли города Байё в истории Второй мировой войны рассказывает директор музея Филип Шаперон.

Филип ШАПЕРОН: «Главная особенность Байё в том, что это первый освобожденный во Франции крупный город. Британские подразделения освободили его уже 7 июня утром. Именно поэтому в городе не было разрушений, он был сохранен. Британцы использовали Байё как тыловую базу для обеспечения войск, для размещения госпиталей. Поскольку город не был разрушен, он лучше всего подходил для размещения всех этих служб».

Памятник британским солдатам, пропавшим без вести в битве за Нормандию. Байё, 6 июня 2019 Bertrand Guay/Pool via REUTERS

Для французов Байё не просто первый большой город, освобожденный от оккупантов. Байё тесно связан с именем человека, который возглавил силы «Свободной Франции», — напоминает директор Музея Битвы за Нормандию.

Филип ШАПЕРОН: «Роль города Байё была крайне велика потому, что именно сюда 14 июня 44-го года прибыл генерал де Голль. Нужно учитывать, что еще задолго до высадки союзники, американцы и британцы, намеревались поставить французскую администрацию под свой контроль. Генерал де Голль, для которого очень важен был национальный суверенитет, был с этим не согласен. Он хотел взять бразды правления Францией в свои руки. Ему, можно сказать, удалось настоять на своем. В конце концов, ему разрешили прибыть во Францию 14 июня. Он прибыл в Байё, чтобы продемонстрировать восстановление легитимной республики во Франции. Это позволило ему создать в стране временную гражданскую администрацию».

Британское воинское кладбище в Байё D.Gusev/RFI

События июня 1944-го года хорошо помнит жительница Байё Женевьева Лефор. 89-летняя свидетельница событий гордится тем, что ее родной город Байё стал первой столицей «освобожденной Франции».

Женевьева ЛЕФОР: «Это было незабываемо видеть, как британские танки отправляются на освобождение города Кан. Он был освобожден где-то к середине августа, 15-го августа. А наш город Байё оставался „столицей” Франции в течение полутора месяцев. Генерал де Голль прибыл к нам 14 июня».

Архивы сохранили для нас едва различимую запись встречи генерала де Голля в Байё, отрывки его выступления и радостные крики жителей освобожденного города. Прошло уже больше недели с начала высадки союзных войск, с легендарного Дня Д. События той ночи с 5 на 6 июня жительница Байё вспоминала десятилетия спустя.

Женевьева ЛЕФОР: «В ночь высадки мы все приникли к окну, глядя в сторону моря на небо. Оно все было красным. Это была высадка. Я жила на центральной улице, рю Сен-Мало. Со стороны побережья небо было все в красном зареве, а потом мы увидели, как отступают первые немецкие солдаты. Мы поняли, что началась высадка союзников. Я была дома вместе с родителями и моей собакой. Мы ждали всю ночь. Я тогда работала на почте и утром отправилась на работу. Но все полностью остановилось, связь была полностью прервана. Нас отправили домой, и я вернулась. В то время у нас в городе для объявления новостей был глашатай. Он призывал все население запасаться водой и хлебом. Я купила хлеба. Потом нам оставалось только ждать, когда появятся первые танки союзников».

В канун 75-летия высадки союзников в окрестностях Байё REUTERS/Pascal Rossignol

Женевьева Лефор говорит о тех чувствах, которые испытали жители Нормандии в момент высадки союзных войск.

Женевьева ЛЕФОР: «Нам было страшно, но мы были так рады, что высадка союзников началась. Позже мы отправились с отцом посмотреть, как они высаживаются. Мы поехали на побережье на велосипедах. Я видела искусственный порт, созданный союзниками в местечке Анель. Один такой порт был в Арроманше, а другой в Анеле. Знаете, это незабываемо: моря было не видно, оно было сплошь покрыто кораблями. Незабываемо! Мы видели, как раскрывались люки транспортных барж и как высаживались солдаты. Это было в самом начале высадки. Здесь у нас был британский сектор операции. Тут не было американцев. Потом населению запретили приближаться к портам, потому что мы, конечно, мешали высадке. Но то, что я успела увидеть, было удивительно, все было так хорошо организовано. Вокруг было почти все разрушено, провода оборваны, лежали на земле… Наш город Байё был освобожден на следующий день после высадки. 6-го началась высадка, нас освободили 7-го июня».

Танки союзных войск возле музея "Битвы за Нормандию" в Байё D.Gusev/RFI

Радость освобождения осталась в памяти вместе со страшными картинами войны.

Женевьева ЛЕФОР: «В момент высадки мы видели, как английские солдаты уходили в бой, а вечером через город возвращались машины с ранеными. В это время я пошла работать в больницу, чтобы помогать раненым. У нас было очень много раненых среди мирного населения, и все школьные здания были превращены в больницы».

События 1944 года сохраняются не только в памяти очевидцев. Эта история остается живой и для более молодых поколений. Так считает Франк, владелец ресторана на центральной улице Байё. Он родился лет через пятнадцать после окончания войны, но все равно 6 июня для него — день особенный.

Франк: «Он означает освобождение. Это живет в сознании жителей всей Нормандии, я думаю. Кого-то это даже шокирует: я видел людей, которые приезжают и недоумевают, почему повсюду американские и английские флаги, например. Но для местных жителей эта история остается очень важной, мы ее не забыли, хотя многие уже забыли, сколько жертв среди мирного населения было во время военных операций. Хотя это очень важно тоже, об этом предпочитают не говорить. Главное — это было освобождение. Я помню, еще когда я был мальчиком, мне все время рассказывали об американцах, англичанах, канадцах. И до сих пор это остается в моем сознании. Я часто бываю на местах высадки. На американском воинском кладбище я был, наверно, 45 раз, может, и больше. Очень часто я говорю своим детям: давайте поедем на американское кладбище. Мы уже огромное множество раз там бывали. Свои знания я передаю детям. Конечно, они знают историю».

Шотландский ветеран высадки союзников Джон Ламонт на воинском кладбище Байё 6 июня 2019 REUTERS/Pascal Rossignol

Франк рассказывает об атмосфере, которая царит в городе Байё 6 июня в юбилейные годовщины высадки союзников. Правда, праздник и жителям и гостям немного портят главы государств и правительств.

Франк: «У нас хорошая атмосфера. После официальных торжеств у нас прекрасная праздничная атмосфера. До и во время торжеств этого нет — из-за повышенных мер безопасности. Мы не можем свободно передвигаться, приближаться к местам проведения официальных церемоний. Мы знаем, что приехал президент США или кто-то из британской королевской семьи, но мы их не видим. Праздник начинается после официальных церемоний. На улицах появляются военные, тысячи военных — англичане, американцы, канадцы, даже австралийские военные приезжали. Они повсюду — и это настоящий праздник, исключительная атмосфера. К тому же, приезжает много ветеранов. Военные чествуют ветеранов. Это большой праздник!»

В городе Байё всегда много туристов. Сюда приезжают со всех концов Европы. По наблюдениям Франка, немало среди туристов гостей из-за океана.

Франк: «Это прежде всего американцы. Это поразительно. Как хозяин ресторана могу сказать вам, что начиная с апреля и до конца октября, по вечерам — днем туристы обычно на побережье — но по вечерам у меня может быть в зале до 60-70 процентов американских клиентов. Почему так много? Я думаю, что американцы всегда были и остаются большими патриотами. Поэтому приезжая в Европу, они выделяют два-три дня для того, чтобы посетить места высадки. Для них эта память остается очень важной. Это люди всех возрастов, всех без исключения, в том числе и молодые пары с детьми. Это не только ветераны, вовсе нет. Все поколения. Я говорю прежде всего об американцах. Мы видим много американцев».

Центральная улица города Байё D.Gusev/RFI

В городе Байё туристов ждет Музей Битвы за Нормандию. В регионе десятки мемориалов хранят память о событиях 1944 года. Об особой роли музея в Байё рассказывает его директор Филип Шаперон. 

Филип ШАПЕРОН: «У нас 40 мемориалов в Нормандии. Мемориалов —  в широком смысле: это и памятные места (пляжи, где проходила высадка тоже считаются мемориалами), и музеи. Музеев, в строгом смысле слова, около 20-ти. Они посвящены высадке и битве за Нормандию. Особенность нашего  музея в том, что до сих пор он остается единственным музеем, который посвящен полному описанию всей битвы за Нормандию. Другие музеи либо имеют специализированную тематику, либо посвящены событиям в конкретном секторе. Наше же призвание в том, чтобы описать всю битву за Нормандию, начиная с 7 июня по 29 августа 1944 года».

О том, как возник музей Битвы за Нормандию, рассказывает его директор.

Филип ШАПЕРОН: «Идея создания музея в Байё возникла в конце 1970-х годов, после того как тут прошла временная выставка военных экспонатов, собранных частными коллекционерами. Она была приурочена к визиту тогдашнего президента США Джимми Картера. Учитывая успех этой выставки и желание коллекционеров, было принято решение создать здесь, в Байё, постоянный музей. Этот музей был торжественно открыт 14 июля 1981 года. Это был единственный музей, посвященный всей истории битвы за Нормандию. В 1986 площадь экспозиции была увеличена вдвое – до 2 000 квадратных метров. В 1994 музей был расширен еще на 500 квадратных метров».

Музей "Битвы за Нормандию" D.Gusev/RFI

В музее Битвы за Нормандию есть все, что положено военному музею: военная техника союзных войск, образцы военной формы и вооружений, планы операций и многочисленные фотографии. На экранах идут кадры кинохроники, снятой в июне 1944-го. О специфике коллекции и экспонатов рассказывает директор музея.

Филип ШАПЕРОН: «Мой ответ может показаться странным, но у нас нет каких-либо главных, центральных экспонатов. В первоначальном виде музей был очень сильно специализирован на военной технике, но он мало что объяснял широкой публике. Мы решили превратить его в музей для очень широкой аудитории. Мы постарались дать общее представление о битве за Нормандию, не вдаваясь, конечно, в детали всех операций. Мы представляем скорее общую тактику битвы за Нормандию. Мы показываем также и военную технику, — я бы сказал, стандартную и характерную. Мы не старались представить какие-то уникальные образцы. Так мы пытаемся связать общую историю с военной техникой».

Прямо напротив музея — британское военное кладбище. Здесь похоронены 4 648 солдат, павших в битве за Нормандию. Большинство из них — британцы, но есть на кладбище могилы канадских, австралийских и новозеландских военных. Здесь же мемориальная стела в память о 2 000 английских солдат, пропавших без вести при высадке во Франции. Ежегодно 6 июня это кладбище посещают британские ветераны. Об одной печальной особенности нынешней годовщины  говорит  Филип Шаперон.

Британское воинское кладбище в Байё D.Gusev/RFI

Филип ШАПЕРОН: «К этой годовщине мы относимся с особым вниманием. По признанию ветеранских организаций Великобритании, после празднования 65-летия они приступят к самороспуску. Это не значит, что ветераны больше не будут приезжать сюда в индивидуальном порядке. Просто все они уже в очень преклонном возрасте, групповые поездки организовывать стало слишком сложно. Поэтому на нынешние торжества они приезжают в организованном порядке в последний раз».

К 65 годовщине высадки союзников, в городе Байё готовились особенно тщательно. Прежде всего, ради ветеранов, которых становится все меньше и которым всё труднее приезжать на торжества. В Байё, впрочем, убеждены, что праздник 6 июня — легендарный «День Д» — не должен ограничиваться только официальными церемониями. Рассказывает сотрудница департамента по туризму города Байё Марион Тюрпен.

Марион ТЮРПЕН: «К 65-летию высадки союзников мы готовились целый год. Мы постарались сделать эту годовщину настоящим праздником, сделать такое праздничное дополнение к официальным церемониям с участием глав государств. Мы организовали трехдневный „Фестиваль Дня Д”. Специально к 65-летию подготовлен большой световой спектакль на побережье: вечером 5 июня мы провели 25 праздничных салютов, ровно в 11 часов вечера фейерверки осветили всё побережье. Это салюты в честь союзных войск, освободивших Нормандию. Днем 6 числа у нас была организована большая пешеходная прогулка для всех желающих по местам боевой славы британских подразделений. В программе этой прогулки — встреча с ветеранами, музыкальные концерты. Вечером в городе Байё — большой праздничный концерт госпел-хора из Лондона. Мы хотим поблагодарить ветеранов за то, что они сделали для нас 65 лет назад. В этот раз многие из них, наверно, в последний раз приезжают в Нормандию. Мы хотели отметить эту годовщину в особой обстановке, поблагодарить ветеранов за то, что они для нас сделали».

Музей "Битвы за Нормандию" в Байё D.Gusev/RFI

В этот раз 6 июня праздничную атмосферу в Байё дополнил большой парад: колонна из 200 автомобилей эпохи Второй мировой войны прошла по центральной улице на глазах у тысяч жителей и туристов. В Байё очень внимательно относятся к тому, чтобы день 6-го июня оставался живым праздником, праздником для всех. Говорит Марион Тюрпен, сотрудница департамента по туризму.

Марион ТЮРПЕН: «Очень долгое время церемонии 6 июня были исключительно официальными: чаще всего — это было просто возложение венков к мемориалам. Особые торжества были устроены на пятидесятую годовщину высадки и к 60-летию. Но если бы вы приехали в обычный, неюбилейный год, вы могли бы даже не заметить, что здесь отмечают шестое июня. Нас спрашивали: что у вас происходит в этот день? Мы могли только ответить: ну вот если вы пойдете в 11 часов туда-то и туда-то, вы увидите, как мэр города возлагает венок к памятнику. И это было всё, что происходило. Мы задумались об этой ситуации после 60-тилетия высадки. Это было очень большое событие, но в последующие годы — снова ничего. В последние 3 года мы постарались предложить как можно больше праздничных мероприятий. Мы хотели бы, чтобы в будущем эта дата 6 июня не забывалась. Если участников высадки не будет в живых, это не значит, что о самом событии стоит забыть. Оно ведь изменило не только судьбу Нормандии, но и судьбу мира. Поэтому мы хотим продолжать эти праздничные мероприятия для того, чтобы молодые поколения помнили об этом, чтобы мы помнили о солдатах второй мировой войны. Мы хотим проводить торжества в праздничной обстановке. Чтобы это было похоже немного на празднование 14 июля. Сегодня же мы празднуем взятие Бастилии 14 июля 1789-го года! Все же собираются на праздничный салют, чтобы отметить день взятия Бастилии. Мы хотим, чтобы через десятки лет такой же праздник был бы и в день высадки союзников».

Танк возле музея "Битвы за Нормандию" в Байё D.Gusev/RFI

Среди хранителей памяти о Второй мировой войне — историк Мадлен Ю, которая живет и работает в Байё. Её стараниями издан сборник воспоминаний жителей города, ставших очевидцами освобождения Нормандии. Рассказы о событиях Второй мировой сопровождали Мадлен Ю с самого детства.

Мадлен Ю: «О войне говорили у нас дома, поскольку мой отец был военнопленным. Моя мать часто говорила отцу: вот когда ты был заключенным… Будучи ребенком, я совсем неправильно поняла эти слова. Как-то в школе я даже сказала, что мой отец был в заключении, сидел в тюрьме, не понимая, что я говорю. Война присутствовала в разговорах повсеместно. Тогда — в моем детстве — война была недавним событием, она окончилась всего 10 лет назад. Сегодня эта память не так остра у молодежи и даже у людей сорокалетних. В моем окружении все время говорили о войне. Сегодня я говорю о ней как профессиональный историк. Для молодого поколения я составила несколько лет назад сборник воспоминаний вместе со своими школьными учениками. Ведь, если этого не сделать, воспоминания об этих событиях уйдут вместе с очевидцами. Поэтому я составила этот сборник — сто страниц — вместе с учениками, попросив их собрать рассказы дедушек и бабушек. В некоторых семьях о войне никогда не говорили, но если мои ученики спрашивали об этом специально, им рассказывали. В этом и была цель сборника».

По убеждению  историка Мадлен Ю, «народ, лишенный памяти — это народ, находящийся в опасности». Строить настоящее и будущее невозможно, забыв о прошлом.

В музее Битвы за Нормандию города Байё есть специальная экспозиция, посвященная военным корреспондентам, которые сопровождали войска союзников в Европе. Появление такой экспозиции неслучайно: последние 15 лет в Байё вручается международная премия военным корреспондентам. Их работа — сохранять память о самых страшных моментах в человеческой истории, память о войнах, которые до сих пор продолжаются.

Отдельная экспозиция в музее "Битвы за Нормандию" посвящена военным корреспондентам D.Gusev/RFI

Во время Второй мировой эту работу делал в Европе Эрнест Хемингуэй. В музее Байё есть фотографии Хемингуэя, участника освобождения Франции. Один из лучших его романов «По ком звонит колокол» — это роман об ужасе войны.

В эпиграфе романа — слова английского поэта и проповедника Джона Донна. Они о человеке и человечестве, о смерти и о ценности жизни: «Нет человека, который был бы как Остров, сам по себе, каждый человек есть часть Материка, часть Суши; и если волной снесёт в море береговой Утес, меньше станет Европа; … смерть каждого Человека умаляет и меня, ибо я един со всем Человечеством, а потому не спрашивай, по ком звонит колокол: он звонит по Тебе».